?

Log in

No account? Create an account

annabaskakova

Координатор броуновского движения


Previous Entry Share Next Entry
Огонь и лед
annabaskakova
Хроника Третьей противопожарной экспедиции «Гринпис России»



В полутора километрах от нас горел тростник, время от времени над ним взмывали яркие языки пламени и вставали столбы черного дыма. Машина дальше пройти не могла, и теперь к пожару предстояло идти пешком и тащить на себе тяжелые ранцы с водой и воздуходувки.



О тростниковом пожаре, который горел неподалеку от границы Астраханского заповедника, мы узнали от Натальи Роговой, сотрудницы компании «Прозрачный мир», которая анализирует космические снимки и составляет природоохранные карты. Наталья в этот момент ехала в поезде «Москва-Астрахань», чтобы присоединиться к Третьей Противопожарной экспедиции «Гринпис», то есть к нам. Прямо из поезда Наталья вышла в интернет, проанализировала космические снимки, обнаружила в тростниках на границе Астраханского биосферного заповедника, к востоку от Трехизбинского участка, подозрительную термоточку и немедленно сообщила Грише Куксину – руководителю нашей противопожарной экспедиции. В этот момент мы находились довольно далеко от места пожара, мы участвовали в сельском сходе в отдаленной деревне Мултаново и рассказывали смуглым казахским рыбакам, почему вредно жечь по весне тростник.

Дорога к обнаруженному Наташей месту оказалась очень нелегкой, нужно переезжать через затонувший сломанный понтонный мост, на котором Грише пришлось проявлять чудеса автомобильной акробатики. И теперь мы шли по выжженному полю к столбам дыма на горизонте. Мы торопились, поскольку ветер раздувал огонь, который вот-вот готов был перекинуться через реку, а в этом случае не только заповедник, но и мы все оказывались в опасности.




Гриша остался координировать группы по рации, а мы двумя маленькими группами отправились к горящим тростникам, до которых оставалось километра полтора. «Моя» группа состояла из юриста «Гринпис» Антона Бенеславского (он же Беня), и волонтера Даши, для которой это был первый в жизни тростниковый пожар. Антон нес на себе наполненную воздуходувку «Чифарелли», весившую 32 килограмма, а Даша – 20-килограммовый ранец с водой.



Мы двигались по черной выжженной траве, временами входя в тростник, настолько плотный, что невольно вспоминались какие-то сцены из фильмов о вьетнамской войне, где солдаты прорубаются через бамбук выше человеческого роста, и для полноты картины на мою боевку капала кровь из наспех залепленного подбородка, который я умудрилась разбить по дороге, ударившись при резком торможении машины о собственную камеру.



Новобранец Даша оказалась просто молодцом: Беню слушалась беспрекословно, огня не боялась, воду из ранца расходовала экономно.



Мы дошли до русла маленькой замерзшей речки, - «ерика», как его здесь называют, и перешли на другую сторону, где в тростниках бушевал огонь.



Ребята приступили к тушению, Беня то сбивал пламя воздуходувкой, то гнал его к реке, где оно должно было потухнуть само собой, Даша дотушивала из ранца. Я снимала их и думала о том, как странно выглядят рядом лед, пламя и медленно и мирно заходящее в тростники солнце.








Когда солнце уже закатывалось, подошла вторая группа, которая до этого тушила неподалеку от «Соболя», и принесла воду.


На горизонте вставали новые столбы огня и дыма, но туда идти уже было не нужно, потому что огонь упирался в ерики и гас, и заповеднику эти очаги уже не грозили. Потом вода в ранце и воздуходувке закончилась, и мы долбили покрытый пеплом лед на реке моим перочинным ножом, пока не увидели невдалеке полынью,



и я пила из этой полыньи холодную-прехолодную воду из чьего-то щитка.


И еще я в поисках наиболее выгодной точки съемки провалилась под лед, Беня шутил, что воды у нас теперь много: два полных ранца, две воздуходувки и два ботинка. К моменту, когда солнце село, территория заповедника была полностью отбита. Гриша велел возвращаться, мы долго-долго шли к машине, и Беня хорошо поставленным голосом пел кимовскую песню про барона Жермона.

В степи было темно, на сгоревшей траве лежала изморозь, над нами мерцали какие-то невероятные, яркие звезды, а на горизонте полыхало зарево пожара, который вскоре должен был потухнуть, уткнувшись в реку. Перемазанные сажей обсуждали, как это здорово, - не пустить пожар в заповедник, собирали оборудование и дружно и радостно пели. И я думала о том, что чувствую себя абсолютно счастливой, стоя в мокрых ботинках, с разбитым лицом, посреди холодной степи. А не дома, с любящей мамой и прекрасным сыном, и не в маленьком подмосковном городе с тем человеком, которому я только что звонила по телефону и рассказывала про лед и пламя, и он хорошо знал, о чем я говорю. Мне очень хотелось понять, почему все обстоит именно так, и казалось, что если я пойму, то наверное, смогу быть такой же счастливой, как сейчас, в каждый момент моей жизни. Но я не смогла.








  • 1
Ань, подредактируй текст, тэги видны

Береги себя. Мы все здесь за вас беспокоимся.

Анна, вы прекрасно, прекрасно пишете. Спасибо вам большое.

Мне сегодня Петр (Румянцев), когда звонил, давал слушать капель по телефону. "Буль!" Но вот таких развернутых рассказов, где про людей и простые вещи и вечность которая рядом - очень не хватало. Спасибо.

User polyn_yanta referenced to your post from No title saying: [...] сейчас тушат пожары в астраханском заповеднике: http://annabaskakova.livejournal.com/460765.html [...]

(Deleted comment)
Спасибо, вся команда в восторге от цитаты.

Потрясающе. Молодцы вы! Я в прошлом году впервые тушила траву в Москве, было бы очень здорово, если б в нынешнем этого делать вообще не пришлось.
А я знаю Беню, и это удивительно, насколько тесен мир :)

Спасибо. Сижу тут в унылой Москве за компом, задолбавшись уже писать... и после твоего поста степь носом почуяла... :-)

Песнь Льда и Пламени!

  • 1